Джозеф ВОЛЬЕ (Wolpe) (род. 1915)

Автобиография. О рождении теории.

Источник:
Сахакиан У.С. (ред.) Техники консультирования и психотерапии. Тексты. М.: Апрель-Пресс, 2000, с.349-350.

Я родился 20 апреля 1915 г. Все свое детство провел в Южной Африке, куда мои родители иммигрировали в начале двадцатого века, будучи еще детьми. Они были приверженцами иудейских традиций, но не слишком набожными. Моя прабабушка по материнской линии, очень религиозная женщина, всегда жила либо рядом, либо вместе с нами до самой своей смерти. Умерла она, когда мне было около шестнадцати. Несмотря на то, что ей не удалось привить мне свою набожность, ее влияние все же было очень велико и привело к появлению у меня яркой теистической ориентации. Я полностью сочувствовал взглядам маймонидов.

В последующие годы, когда я учился в школе, а затем в университете, мне неизбежно приходилось встречаться с убежденными материалистами. Самые сильные атаки на мою религиозность совершал мой двоюродный брат, старше меня на три года, Морис А. Милнер. Сейчас он член юридического факультета в Университетском колледже в Лондоне. У нас было много длинных дискуссий, но, несмотря на то, что я смело боролся и стоял на своем, я всегда испытывал неудобство, находясь в проигрыше, так как все конкретные факты всегда были на его стороне. В возрасте двадцати лет я увлекся критиками Канта, особенно «Критикой чистого разума», постепенно пришел к Юму и ряду более поздних философов, самыми впечатляющими из которых были Уайтхед, Дж. Мур и Бертран Расселл. Два последних оказали на меня сильное влияние, особенно работа Расселла «Исследование смысла и правды» ( Inquiry into Meaning and Truth). Вследствие влияния этих философов мой теоретический дуализм был заменен на физический монизм. В то время медицинский учебный план был источником большого количества информации, которая действительно доказывала, по-видимому, материалистическую концепцию происхождения вселенной. С тех пор я все больше и больше убеждался в том, что единственная возможная реальность — это материальная реальность, имеющая различные формы и различные степени сложности.

Что касается психологии, то сначала я со скептицизмом относился к психоаналитическим теориям, но уже в начале обучения в университете я пришел к пониманию и принятию идей Фрейда о человеческом поведении. С самого начала мне казалось, что он разделяет мою материалистическую ориентацию. Первые сомнения возникли в 1944 г., после того как я прочитал книгу Барлетта «Зигмунд Фрейд», где автор утверждал, что Малиновский показал необъяснимость фрейдовской теории эдипова развития, и не поддерживал ее. Наконец из различных источников я узнал, что русские не принимают психоаналитическую теорию. Озадаченный этим, я стал изучать работы Павлова, на которые я уже обращал внимание, когда был студентом-медиком. В течение нескольких месяцев (1945—1946) я работал над «Условными рефлексами», делая выводы из каждого эксперимента и записывая комментарии. Сами эксперименты меня глубоко поразили, но я был далеко не в восторге от теоретических положений Павлова.

В конце 1946 г. я поехал в отпуск в Кейптаун к моему другу, который проводил аспирантские исследования под руководство Джеймса Г. Тейлора. Последний оказался ярым последователем Халла. Он и дал мне почитать его работу «Принципы поведения», которая показалась мне наиболее подходящей основой для павловских экспериментов, к тому же легко переводимой в термины нейрофизиологии.

В начале 1946 г. я столкнулся с книгой Массермана «Поведение и невроз» и был в восторге от его экспериментов, хотя мне и не нравились те искажения, с помощью которых он постоянно пытался втиснуть свои открытия в рамки психоаналитической теории. Я решил продолжить его линию экспериментов, чтобы пролить свет на то, что осталось за бортом его теории. Эти эксперименты раскрыли принципы научения, применяемого как к неврозам животных, так и людей.

Материалы по теме:

Биография Дж. Вольпе
Метод систематической десенсибилизации